Шторм пришёл с северо-запада, как все большие шторма на его памяти. К полуночи автоматика, гордость управления, отказала — и Никандров поднялся на башню, зажёг резервную лампу и просидел у огня до рассвета.
Шторм пришёл с северо-запада, как все большие шторма на его памяти. К полуночи автоматика, гордость управления, отказала — и Никандров поднялся на башню, зажёг резервную лампу и просидел у огня до рассвета.